mudilevski (muddylevski) wrote,
mudilevski
muddylevski

#старосоветскаяхроника

Помню, лежал в больнице. В БСМП. Но было это ещё до армии. В незабвенном 1984 году. Попал в больницу с диагнозом брюшной тиф. Участковый врач по фамилии Лях, и судя по обхождению совершенно необразованная женщина, поставила мне вот такой диагноз. Меня должны были отвезти в заразный бокс суток на сорок, где я благополучно и отдал бы концы, но у кого-то в голове замкнуло, и перед тем, как закрыть, меня решил осмотреть хирург. А надо сказать, что к тому моменту, я уже третью неделю лежал с температурой между 38 и 42. При этом, порою, чувствовал себя даже очень не плохо. Кроме одного момента, когда с ужасом сознавал, что мне следует идти и помочиться. Боль при мочеиспускании была такой, что я в буквальном смысле лез по стенкам.
Когда меня привезли в больницу, я очень долго лежал на каталке в приёмном покое, и, в общем-то, никому до меня не было дела. Привозили каких-то алкоголиков, кого-то за бежевой шторкой лупили по лицу, пытались привести в чувство, кричали "Открой глаза", потом увозили. Наконец, появился сам дежурный хирург. Он подробно меня расспросил о том, что я чувствую, и что я думаю о своих чувствах. Я старался быть честным. Поэтому запутался окончательно. Потом он демонстративно натянул на локоть перчатку, выставил палец, смазал его чем-то скользким и, попросив немного потерпеть, засунул оный в анальное отверстие до упора. Долго там шевелился, повторяя движения пальца, движением глаз по потолку, наконец бросил меня, стянул перчатку, и молча кивнул сестре. Сестра молча кивнула в ответ и ушла. Меня задвинули шторкой, и я наконец, остался один. Сквозь окна сочился рыжий февральский свет, начала марта 84-го.
Диагноз мне был поставлен совершенно другой: параапендикулярный абсцесс, гнойный аппендицит, с угрозой перитонита.
Меня долго катили по каким-то длинным и сумрачным катакомбам, как мне тогда представлялись нижние этажи БСМП, пока не вкатили в какую-то палату с деревянной дверью, четырьмя койками и двумя мужиками рабочего вида в пижамах. Я с трудом переполз в койку поближе к дверям, причём, обратил внимание, что живот к этому времени стал круглым, как у беременной женщины.
Мужики о чём-то говорили за моей головой. Один, с торчащими волосами как у подсолнуха, он время от времени подходил к умывальнику и туда сплёвывал, рассказывал про своего сына, который нигде не работает, и в "хуй не дует", его слова.
Потом пришла сестра. Принесла железную штангу, поставила возле койки, проколола мне вену иглой со шлангом, и сказала:
- Не шевелись. Сейчас тебе будет хорошо.
Она подкрутила краник, и в вену пошла тёпленькая. Первая в жизни банка новокаина оставляет самые блаженные ощущения.

Tags: Старосоветская хроника.
Subscribe
promo muddylevski april 24, 2013 13:31 3
Buy for 20 tokens
Художнику, тем более свободному, невыгодно писать плохие тексты. Невыгодно отнюдь не в коммерческом смысле. Большой и плохо написанный текст, это прежде всего, пропажа времени.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments