mudilevski (muddylevski) wrote,
mudilevski
muddylevski

Запись за 02 октября 2011-го
Диковинная для России вещь – шумопоглощающие щиты вдоль дорог. Они защищают леса от гибели, выбегающих на дорогу животных, и небольшие селения от шума грузовых фур, и прочей подвижности. В дальнейшем, я видел эти щиты и в Австрии, и в Чехии. Там они тянутся вдоль дорог на многие километры. И всё равно, бессильны спасти природу. Своими глазами успел различить сбитого автомобилем лиса. Он лежал, растянувшись через трассу, рыжий, с пышной белой манишкой, но и тут, я вынужден отметить, никто
это погибшее животное не реквизировал в пользу своего багажника, и не переехал колёсами. Вот, как он остался лежать на дороге, внешне не тронутый, - так и продолжал лежать. Хотелось даже думать, что он греется на солнце.
Вообще, я тут часто говорю «вообще», необходимость обобщать диктует свои правила. Живности много. Как-то раз всем автобусом видели цепочку кабанчиков, бежавших через поле, по своим кабаньим делам, видели небольшое стадо косуль, гревших бока среди пашни, и ещё, поляки до сих пор активно пользуются гужевым транспортом. Я посмотрел в окно, и увидел, что «сарай на колёсах» (крутая тачка), и сельская гружённая подвода, запряжённая двумя холёными битюгами, мирно топчутся на перекрёстке и ждут, пока загорится красный. А на обратном пути, я обозревал целое ранчо, где, гоняясь друг за другом, резвятся молодые и гривастые коняжки. Очень красивые. И ведь это, не что-то экзотическое. Коняга, вроде как символ и России.
Один недостаток у этих дорожных щитов – они мешают разглядывать пейзаж вдоль дороги. Но тут, щиты вдруг закончились (раздвинулись), и я увидел обыкновенное сельхозугодье, какие были до: аккуратно в строчку вспаханное поле, уходящее в глубину моросящего сиреневого дня. На всём его плоском пространстве был виден лишь единственный торчащий предмет. Я почти сразу угадал что это. Долговременная огневая точка, сокращённо: ДОТ. В форме буквы «Т». Причём, торцевая, глухая и очень толстая стенка (прямо перпендикулярная дороге), была обращена в ту сторону, откуда мы ехали. И поперечное отделение, состоящее из двух сквозных комнат, было намного короче, чем фасад. Далее, кругом, и везде распространялась пашня.
Я повернул голову в противоположном направлении, и мимо нас, с обратной стороны дороги проскочил массивный памятник, из камня и бронзы, на котором начищенной латунью пылало: 1920.
Что сказать? Ни единого признака вражды, или даже намёка на оную, к иностранцам, со стороны поляков я не заметил. У них своих дел полон рот. И блок-бастер сезона, кинематографический фейерверк: «1920. Битва за Варшаву», щит, с рекламой которого, из края в край сопровождал всю нашу поездку в обоих направлениях, на фоне повседневности казался таким, что ли, чужеродно-навязчивым?
Старики были отрешённы.
Фото Маддилевски Уорвика.
Subscribe
promo muddylevski april 24, 2013 13:31 3
Buy for 20 tokens
Художнику, тем более свободному, невыгодно писать плохие тексты. Невыгодно отнюдь не в коммерческом смысле. Большой и плохо написанный текст, это прежде всего, пропажа времени.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment